Калужский Родя

Однажды, администрация области задумывает уничтожить целое муниципальное образование. В округе об этом образовании идет недобрая слава, будто оно умирающее, из-за «Дачников» от нищеты погибают тихие местные жители, несчастные, но беззлобные. 

Чиновникам нужны деньги не для удовлетворения низменных корыстных желаний. С помощью них они смогут развивать целый регион. Затем они непременно будут бороться всю свою жизнь против несправедливости и страдания людей. «Дачники» – всего лишь «бесполезная вошь». Их истребление – невелика потеря. Свершить над ними суд – это шаг, который преодолеть необходимо. Только с помощью этого преступления администрация области обретет силу и перестанет быть несчастным регионом, вынужденным влачить жалкое существование.

«Тварь я дрожащая или право имею?» Достоевский вложил в эти слова терзания человеческой души над извечным вопросом о том, все ли средства пригодны в достижении благой цели.

Пока еще  они не смогли осуществить свой безнравственный план, несмотря на высокую цель и благие намерения. Осмысливать свой страшный поступок им помогают «Дачники», но покаяние придет много позже.

Их никто не ставил судьей и не давал право решать, кому быть, а кому не быть. Но признаваться в этом, они не считают нужным. Там их не поймут, а лишь смеяться будут: завод с полигоном ТБО воткнули, а денег в регион так и не увидели.

С этого все и начинается. Чиновники пытаются доказать существование «высших людей» и их право на преступления. Сильные личности двигают миром, другие – лишь материал в руках сильнейших. Всех людей местные чиновники делят на два вида: низший и высший. Люди второго вида по своей природе разрушители. Но они разрушают настоящее во имя будущего. И если сильному человеку необходимо переступить через труп или кровь, то разрешение на этот поступок, он дает себе сам, единолично. Такой человек имеет право на все.

Чиновники, несомненно, относят себя ко второму миру. Но здесь у них возникает вполне логичная необходимость доказать самим себе эту причастность. Они задаются следующим вопросом: «Тварь я дрожащая или право имею?» Откуда взялась эта уверенность в том, что им позволено преступать закон? Таким образом, уничтожение сельского поселения – это не только способ вытащить из нищеты регион, но и подтвердить самим себе право на преступление, а тем самым причастность к сильным людям, тем, которым все дозволено.

Представители местной власти сами дают себе право на уничтожение сельского поселения. Согласно их теории, без жертв невозможно изменить мир в лучшую сторону. Уничтожение бесполезного поселения никакого вреда не принесет другим. Честолюбивые чиновники уверены в своей правоте, а стало быть, муки совести им не страшны.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded